Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем: некоторые аспекты обо-значения в российском и зарубежном праве Текст научной статьи по специальности «Право»


ВЕСТН. МОСК. УН-ТА. СЕР. 11. ПРАВО. 2012. № 5 м.А. Филатова, аспирантка кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета МГУ* легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем: некоторые аспекты обозначения в российском и зарубежном праве Автор анализирует некоторые аспекты феномена отмывания денег — его понятие, определение и обозначение в различных правовых системах и международном праве.

Приводится краткий обзор рекомендаций Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег и основным направлениям ее влияния на российское уголовное право. Даются предложения по улучшению системы противодействия отмыванию денег в России.

ключевые слова: отмывание денег; Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег; финансирование терроризма; легализация денежных средств. The author analyzes some aspects of «money laundering»phenomenon, its concept, definition and denotation in different law systems and in international law.

The brief survey of Financial Action Task Force on Money Laundering and its main influence upon the Russian criminal law is given. There are few proposals of improving the anti-money laundering system in Russia. Keywords: money laundering; Financial Action Task Force on Money Laundering; financing of terrorism.

Возрастающие с каждым годом масштабы отмываемых денежных средств стимулируют изучение данного феномена для поиска более успешных методов борьбы с ним. Рассматриваемое преступление появилось в России как социально-экономический феномен намного позже, чем на Западе (если, конечно, не считать аналогом легализации преступных доходов заранее не обещанные приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем (ст.

209 УК РСФСР 1960 г., ст. 175 УК РФ)). В силу этого изучение образцов построения уголовно-правовых норм в законодательстве других стран представляется исключительно важным для развития отечественного законодательства об ответственности за соответствующие преступные деяния. А. Фейербах, часто называемый «отцом» современного немецкого уголовного права, считал, что метод компаративистики является су- * щественным для построения критической теории уголовного права, способным создать всеобщую теорию уголовного права1.

А. Фейербах, часто называемый «отцом» современного немецкого уголовного права, считал, что метод компаративистики является су- * щественным для построения критической теории уголовного права, способным создать всеобщую теорию уголовного права1. В отношении некоторых преступлений, приобретающих с каждым годом все более интернациональный характер в связи с развитием банковских технологий, разнообразием различных платежных систем, существуют тенденции к унификации данных норм в национальных законодательствах. Во многом с этой целью разработаны 40+9 Рекомендаций международного органа, созданного для противодействия отмыванию денег — Financial Action Task Force on Money Laundering — Группа разработки финансовых мер по борьбе с отмыванием денег (далее — FATF)2.

В июне 2000 г. FATF опубликовал «черный список», состоящий из пятнадцати стран, которые, по его мнению, предпринимали недостаточные меры для предотвращения отмывания денег в своей юрис-дикции3. В их числе упоминалась и Российская Федерация. В течение последующих нескольких лет российские власти прилагали все возможные усилия для выполнения рекомендаций FATF4.

Предпринятые меры позволили России в июне 2003 г.

на сессии FATF в Берлине стать ее 30-м членом, что означало принятие на себя всех обязательств по противодействию отмыванию доходов и выполнению разработанных рекомендаций. С учетом вступления России в FATF представляется необходимым рассматривать дальнейшую деятельность по противодействию отмыванию доходов в международном контексте. Прежде чем рассмотреть понимание феномена отмывания в зарубежном праве, следует остановиться на названии ст.

174, 174.1 УК РФ, закрепляющих уголовную ответственность за отмывание денег в России. Деяние, за которое установлена ответственность в данных статьях, называется «легализация (отмывание)». Понятие «отмывание денег» и ответственность за деяние пришли в законодательство РФ из других стран, а именно из США, которые первыми закрепили такое 1 Feuerbach P.J.A.

Anselms Von Feuerbach Kleine Schriften Vermischten Inhalts.1833. S. 163. 2 FATF был создан в июле 1989 г. в Париже на совещании глав государств и правительств стран «Большой семерки» и вскоре стал самой авторитетной организацией в сфере противодействия отмыванию незаконно полученных доходов. В настоящее время членами FATF являются более 30 стран.

В настоящее время членами FATF являются более 30 стран. Деятельность данной организации в области противодействия отмыванию крайне разнообразна и прежде всего это выработка положений, необходимых для успешной реализации борьбы с отмыванием. 3 FATF-GAFI: Review to identify Non-Cooperative Countries or Territories: Increasing the Worldwide Effectiveness of Anti-Money Laundering Measures (online): URL: http://www.

fatf-gafi.org/dataoecd/56/43/33921824.pdf 4 В 2001-2002 гг.

это принятие Федерального закона № 115-ФЗ от 07.08.2001 г.

«О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма»

, внесение существенных изменений в уголовное законодательство, создание Указом Президента № 1263 от 01.11.2001г.

специализированного государственного органа — Комитета РФ по финансовому мониторингу, преобразованного в 2004г. в Федеральную службу по финансовому мониторингу. правонарушение, как «отмывание денег», в 1986 г.

Американский законодатель применил именно термин «money laundering», буквально закрепив в качестве незаконной деятельность по легализации преступных доходов, и началась «эра» придания правомерного вида преступно полученным доходам5. В настоящее время Федеральный уголовный кодекс США содержит ответственность за «Laundering of monetary instruments», т.е.

несколько изменив (расширив) предмет преступления, законодатель оставил обозначение самого деяния6.

Принятые позже европейскими странами термины преимущественно являются прямым переводом соответствующего американского. Так, ст. 165 Уголовного кодекса Австрии называется «Geldwasche-rei», ст.

261 Уголовного кодекса Германии — «Geldwasche», ст. 305bis Уголовного кодекса Швейцарии — «Geldwascherei», ст. 648bis Уголовного кодекса Италии — «Riciclaggio», гл.

4 Уголовного кодекса Франции — «Du Blanchiment» и т.д. Все эти обозначения являются прямым переводом американского термина «отмывание денег».

Российский законодатель, закрепив в Уголовном кодексе термин «отмывание денег», ввел однако и другой термин — «легализация».

Представляется, что использование подобного термина является неточным, некорректным с точки зрения как русского языка, так и действительного правового содержания того феномена, который определяется как «легализация».

Термин «легализация» обозначает «разрешение деятельности какой-либо организации, ее узаконение, придание юридической силы какому-либо акту или действию»7. Толковый словарь Ожегова определяет возвратный глагол «легализоваться» как «перейти на легальное положение»8. Легализовав что-либо, мы признаем, что это законодательно разрешенное и одобренное властью явление.

Легализовав что-либо, мы признаем, что это законодательно разрешенное и одобренное властью явление.

Соответственно субъектом легализации может быть только государственный орган, обладающий законодательно закрепленными полномочиями на придание тому или иному явлению легальной, т.е. законной, силы. Представляется, что действия лица, осуществляющего сделки по отмыванию, как раз и направлены на то, чтобы государство признало законность происхождения его денежных средств и иного имущества, закрепило бы за ним право собственности и иные права и одобрило их дальнейшее использование. Однако такая цель априори недостижима, поскольку любые средства, полученные неправомерным путем, не мо- 5 В литературе также встречается мнение о том, что термин «отмывание денег» появился несколько позже и не связан с деятельностью прачечных, а просто более полно отражает суть рассматриваемого явления (Robinson J.

The Laundrymen. 1997). 6 §1956 U.S.Code (online): URL: http://www.law.cornell.edu/uscode/ 7 Крюковских А.

Словарь исторических терминов. 1998 (электронный ресурс): URL: http://interpretive.ru/dictionary/461/word/legalizacija 8 Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1960 (электронный ресурс): URL: http://www.ozhegov.su гут быть признаны государством легальными.

Об этом же свидетельствуют и закрепленные в ст. 169 Гражданского кодекса (далее — ГК РФ)9 положения о сделках, совершенных с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, — они всегда ничтожны, т.е.

не могут породить законных отношений собственника или иного вещного права на имущества у совершившего их лица.

Казалось бы, в названии нормы признаки состава преступления не описаны, а потому для квалификации и уголовной ответственно -сти в целом должно быть безразлично, допустил ли законодатель здесь огрехи. Вместе с тем специалист в области квалификации экономических преступлений профессор Б.В. Волженкин именно ссылкой на используемый в названии статьи термин «легализация» существенно ограничивал действие ст.

174.1 УК в ее прежней редакции за счет дополнения диспозиции данной нормы указанием на отсутствующий в то время признак цели10. Поэтому и мы можем утверждать, что УК РФ закрепляет ответственность за заведомо невозможное событие — легализацию преступных доходов. Реальная деятельность преступников по отмыванию всегда может быть направлена только на придание правомерного вида полученным от преступления доходам, создания видимости законности, но никогда эти доходы не станут легальными, ибо, по выражению Х.-Х.

Кернера и Э. Даха,

«отмытость имущественной ценности не очищает ее от криминального клейма»

11.

Таким образом, представляется более точным использование устоявшегося и в законодательстве иных стран, и в международном праве термина «отмывание».

В российской правовой литературе можно встретить множество различных дефиниций отмывания преступных доходов. Так, В.М. Алиев определяет легализацию как

«умышленное придание правомерного вида пользованию, владению или распоряжению денежными средствами, иным имуществом, работам и услугам, информации, интеллектуальной собственности, полученным заведомо незаконным путем, либо сокрытие их местонахождения, размещения, движения или действительной принадлежности, а равно использование их для осуществления предпринимательской деятельности»

12.

В.В. Лавров отмечает, что это — «осуществление различных экономически значимых действий (финансовых операций, иных сделок и других действий, названных в ч.1 ст. 174 УК РФ) с приобретенными в результате совершения преступления денежными средствами или иным имуществом лицами, не принимавшими участия в уголовно-противоправной деятельности по iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис . 9 Собрание законодательства РФ.

1994. № 32. Ст. 3301. 10 Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности по уголовному праву России.

СПб., 2007. С. 311-313. 11 Кернер Х.-Х., Дах Э.

Отмывание денег. М., 1996. С. 46. 12 Алиев В.М. Легализация (отмывание) доходов, полученных незаконным путем. Уголовно-правовое и криминологическое исследование.

М., 2001. С. 91. приобретению таких средств»13. О.Я. Якимов предлагает определять отмывание как

«действие, направленное на придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению имуществом (или правом на него), приобретенным в результате совершения тяжкого или особо тяжкого преступления»

14. Таким образом, в отечественной науке, как и в законодательстве, пока не сложилось единого представления о понятии отмывания.

Законодатель определяет данный процесс15 как

«совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенными другими лицами преступным путем (за исключением преступлений, предусмотренных статьями 193, 194, 198, 199, 199.1, 199.2 настоящего Кодекса), в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом»

. Множество споров вызывает формулировка «финансовые операции и другие сделки». Поскольку так определяется один из признаков объективной стороны состава, необходимо остановиться на этом более подробно.

Термин «финансовые операции» не имеет законодательного определения в уголовном праве, что долгое время было препятствием для отнесения тех или иных действий к данной категории.

В 2004 г. Пленум Верховного суда РФ дал разъяснения по поводу финансовых операций и иных сделок, отнеся к ним

«действия с денежными средствами, ценными бумагами и иным имуществом (независимо от формы и способов их осуществления, например договор займа или кредита, банковский вклад, обращение с деньгами и управление ими в задействованном хозяйственном проекте), направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав или обязанностей»

16. Из этого определения однако не следует однозначного решения того, что же выделяет финансовые операции из ряда других сделок, т.е. по какому критерию судам следует относить деяния к финансовым операциям или к сделкам?

Использование термина, не имеющего законодательного определения, приводит к трудностям в квалификации деяний судебными органами, а зачастую и к ошибкам.

Так, отмывание денежных средств 13 Лавров В.В. Уголовная ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств и иного имущества, приобретенных незаконным путем: Дис.

. канд.юрид.наук. Н.Новгород, 2000.

С. 30. 14 Якимов О.Ю. О недостатках законодательного регулирования противодействия легализации (отмыванию) преступных доходов // Уголовное право. 2003. № 1. С. 102. 15 Здесь и далее автор рассматривает отмывание именно как процесс придания правомерного вида, поскольку достижение закрепленной цели, т.е.

«легализации» и признания законности преступных денежных средств и имущества, как уже было показано, невозможно.

16 Постановление Пленума Верховного суда РФ от 18 ноября 2004 г. № 23

«О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем»

, п.19 // Бюл.

Верховного суда РФ. 2005. № 1.

с помощью одинаковых гражданско-правовых договоров зачастую по-разному обозначается судами: например, договор купли-продажи, по которому передается имущество, приобретенное преступным путем, в одних постановлениях судов называется «сделкой»17, в других — «финансовой операцией»18. Помимо упомянутого Постановления Пленума Верховного Суда понятие «финансовые операции» используется в Соглашении между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь «О сотрудничестве и взаимной помощи в области борьбы с незаконными финансовыми операциями, а также финансовыми операциями, связанными с легализацией (отмыванием) доходов, полученных незаконным путем», подписанном 12 февраля 1999 г.19 В ст.

1 данного Соглашения закреплено, что «незаконные финансовые операции» — это сделки и другие действия физических и юридических лиц, резидентов и нерезидентов с денежными средствами, ценными бумагами и платежными документами, независимо от формы и способа их осуществления, направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав и обязанностей, совершенные с нарушением национального законодательства каждой из сторон, влекущим за собой уголовную, административную или гражданско-правовую ответственность.

1 данного Соглашения закреплено, что «незаконные финансовые операции» — это сделки и другие действия физических и юридических лиц, резидентов и нерезидентов с денежными средствами, ценными бумагами и платежными документами, независимо от формы и способа их осуществления, направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав и обязанностей, совершенные с нарушением национального законодательства каждой из сторон, влекущим за собой уголовную, административную или гражданско-правовую ответственность.

Однако данное определение расходится с приведенным в Постановлении Пленума ВС, поскольку в нем не указан такой предмет преступления, как «иное имущество». Кроме того, согласно ст. 1 Соглашения, определения, данные в этой статье, используются «для целей настоящего Соглашения», что ограничивает сферу применения данного определения.

Поэтому и оно не способствует разрешению вопроса о сущности финансовых операций. Федеральный закон

«О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма»

№ 115-ФЗ содержит определение операций с денежными средствами и иным имуществом, устанавливая, что это — действия физических и юридических лиц с денежными средствами и иным имуществом независимо от формы их осуществления, направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав и обязанностей.

Из данного определения также непонятно, что имел в виду законодатель под финансовыми операциями, закрепленными в УК, а что — под операциями с денежными средствами, закрепленными в указанном Законе, и в чем состоит отличие данных терминов от понятия «сделка». 17 Постановление Президиума Московского городского суда от 3 июля 2008 г.

по делу № 44у-359: Доступ из СПС КонсультантПлюс. 18 Постановление Президиума Верховного суда Республики Тыва от 11 марта 2004 г.: Доступ из СПС КонсультантПлюс. 19 Бюл. международных договоров.

1999. № 11. Исходя из вышеизложенного необходимо выработать и закрепить либо в законодательстве о противодействии отмыванию преступных доходов, либо в документе высшего судебного органа соответствующее понятие, под которым предлагается понимать данное О.Я. Якимовым определение:

«действие, направленное на придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению имуществом (или правом на него), приобретенным в результате совершения тяжкого или особо тяжкого преступления»

20. Гражданским законодательством предусмотрено несколько способов возникновения, изменения и прекращения гражданских прав и обязанностей на основании юридического факта.

Юридические факты делятся на события и деяния. Деяния в свою очередь подразделяются на неправомерные и правомерные, и среди последних можно выделить поступки и акты. Сделки, совершаемые для отмывания, относятся к актам, поскольку заключение сделки всегда направлено на достижение правового результата.

Сделка, совершенная «внутри» состава легализации, является недействительной согласно ст. 169 ГК РФ. Однако по своей природе она отвечает понятию сделки, закрепленному в Гражданском кодексе21.

Несмотря на это, следует отметить, что не совсем обоснованным представляется применение законодателем термина «сделка» для описания действий, проводимых в процессе отмывания преступных доходов. Прежде всего потому, что это существенно сужает пределы действия нормы.

Правоотношения могут возникать, изменяться и прекращаться не только в результате, но и как следствие поступков, т.е. определенного поведения людей, не подпадающего под законодательное определение сделки, закрепленное ГК РФ22. Поступками же являются те действия лиц, которые хоть и не были направлены на возникнове- 20 Якимов О.Ю.

Указ. соч. 21 «Рассмотрим, — предлагает М.В. Телюкина, — позицию действующего Гражданского кодекса. В соответствии со ст. 153 сделка — это действие, направленное на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей.

Определение не содержит указаний ни на характер действия (правомерное оно или нет), ни на последствия.

Не сказано, что сделкой является действие, влекущее за собой правовые последствия, желаемые сторонами (такой вывод обычно делается из негативного определения, данного в п. 1 ст. 167 ГК: недействительная сделка не влечет за собой правовых последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью).

Исходя из буквального толкования положений Кодекса можно прийти к заключению, что сделками являются и действительные, и недействительные сделки; главное — направленность на возникновение, изменение, прекращение правоотношений.

Действительные сделки порождают правовые последствия, желаемые сторонами, а недействительные — те последствия, которые указаны в законе» (Телюкина М.В. Понятие сделки: теоретический и практический аспекты // Адвокат. 2002. № 8: Доступ из СПС КонсультантПлюс; см также: Новицкий И.Б.

Сделки. Исковая давность. М., 1954.

С. 65; РясенцевВ.А. Форма сделок и последствия ее несоблюдения // Сов. юстиция. 1974. № 1). 22 Статья 153. Понятие сделки. Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей // Собрание законодательства РФ.
Понятие сделки. Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей // Собрание законодательства РФ.

1994. № 32. Ст. 3301. ние, изменение или прекращение правоотношений, но, однако, повлекли такие события. Ограничивая объективную сторону преступления только сделками (включая и финансовые операции), законодатель оставляет большой спектр возможностей для отмывания за счет всех не юридических действий со стороны преступника. Венская конвенция 1988 г.

«О борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ»

23 и Палермская конвенция 2000 г.

«Против транснациональной организованной преступности»

24 в качестве деяний, подлежащих криминализации в рамках отмывания, называют следующие группы деяний: • конверсию или перевод имущества, если известно, что такое имущество представляет собой доходы от преступлений, в целях сокрытия или утаивания преступного источника этого имущества или в целях оказания помощи любому лицу, участвующему в совершении основного правонарушения, с тем чтобы оно могло уклониться от ответственности за свои деяния; • сокрытие или утаивание подлинного характера, источника, местонахождения, способа распоряжения, перемещения, прав на имущество или его принадлежность, если известно, что такое имущество представляет собой доходы от преступлений; • приобретение, владение или использование имущества, если в момент его получения известно, что такое имущество представляет собой доходы от преступлений. iНе можете найти то, что вам нужно?

Попробуйте сервис . Представляется, что имеющаяся в настоящий момент формулировка в ст.

174 и 174.1 УК РФ объективной стороны отмывания не охватывает все способы отмывания в соответствии с указанными конвенциями. Безусловно, такие действия, как конверсия или перевод, охватываются понятием «сделка». Однако что касается сокрытия или утаивания, то надо отметить, что эти деяния могут происходить и без совершения каких-либо сделок.

В частности, подача ложных сведений о происхождении имущества, которое на самом деле получено преступным путем, не является совершением сделки, но ведет к сокрытию преступного происхождения доходов. Приобретение, владение и пользование также весьма спорно обозначать как охватываемые объективной стороной ст. 174 и 174.1 УК РФ, поскольку владение и пользование являются институтами вещного права, в то время как сделка — институт права обязательственного, в силу чего «владеть» с помощью сделки представляется не всегда возможным.

Также и пользование имуществом — это не всегда сделка. 23 Венская конвенция ст. 3(1)(b) (i)-(ii) и (c) (i), и Палермская конвенция ст.

6(1) (a)(ii) и (b)(i) см.: Международно-правовые основы борьбы с коррупцией и отмыванием преступных доходов.

Сб. док. / Сост. В.С. Овчинский. М., 2010. 24 Financial Action Task Force, Mutual Evaluation report Anti-money laundering and combating the financing of terrorism of Germany (online):URL: www.fatf-gafi.org/ Рассмотрим объективную сторону отмывания по уголовному законодательству Австрии и Германии, поскольку эти страны являются представителями германской правовой семьи, наиболее близкой отечественному праву. Ответственность за отмывание денежных средств (ОеМ»та8сЬе) в Германии изложена в ст.

261 УК25 и содержит следующие виды деяний в качестве объективной стороны: • лицо, которое прячет объект, происходящий из предикатного преступления, скрывает его происхождение или ставит в опасность или препятствует расследованию его происхождения, его обнаружению, конфискации, наложению ареста; • лицо, которое для себя или для третьего лица приобретает имущество, приобретенное от предикатного преступления, хранит данное имущество или использует его для себя или для третьего лица. По ст. 165 Уголовного кодекса Австрии (ОеМ^^сИегеО деяния с имуществом, имеющим преступное происхождение, подразделяются на три вида как действия лица, которое: • умышленно скрывает имущество, полученное от преступлений и проступков, перечисленных в статье в качестве предикатных, или скрывает происхождение такого имущества, в частности путем предоставления ложной информации в правоотношениях в отношении настоящего происхождения или природы26 имущества, права собственности или иных прав, права распоряжения им, его перемещения или о месте его нахождения; • сознательно (т.е. в отношении заведомо приобретенного другими лицами в результате совершения преступления имущества) приобретает такое имущество, осуществляет его хранение, инвестирует, управляет, изменяет (т.е.

конвертирует в том числе в иную форму), реализует или передает третьим лицам; • сознательно, действуя по поручению или в интересах преступной организации или террористической группы, приобретает имущество данной организации или группы, хранит его, инвестирует, управляет, изменяет, реализует или передает третьим лицам27. Из приведенных примеров закрепления действий по отмыванию преступных доходов видно, что перечень деяний, влекущих ответствен- 25 Ein Service des Bundesministeriums der Justiz in Zusammenarbeit mit der juris GmbH (online): URL: www.juris.de 26 «Природа» в данном случае играет важную роль, поскольку австрийский законодатель, равно как и теория уголовного права, уделяет много внимания всем возможным «перевоплощениям» первоначально приобретенного имущества, т.е.

всем процессам по изменению предмета с оставлением первоначальной имущественной ценности, например из денег в недвижимое имущество, из ценных бумаг — в денежные средства и т.д., стараясь проследить всю цепочку изменений.

27 Financial Action Task Force, Mutual Evaluation report Anti-money laundering and combating the financing of terrorism of Austria (online): URL: www.fatf-gafi.org/ ность за отмывание, шире, чем соответственный перечень, закрепленный российским законодателем.

Такое расширение имеет место за счет не всегда являющихся сделками действий — хранения, управления, передачи третьим лицам, если при этом нет договорных отношений и возмездного характера, а также — предоставления ложной информации относительно происхождения или природы имущества. Придание правомерного вида преступно полученным доходам может иметь место и путем совершения таких фактических, а не юридических действий, как, например, использование краденого оборудования с извлечением прибыли из него. Данный факт подтверждает уже высказывавшееся в литературе мнение о необходимости дополнения (или изменения) ст.

174 и 174.1 УК РФ либо использования для обозначения объективной стороны деяния обобщающего термина «действие»28, либо, как это сделано в уголовных кодексах Австрии и Германии, путем добавления к сделкам наиболее распространенных деяний по сокрытию происхождения имущества и его введению в экономический оборот без совершения сделок.

Однако первоначальной и основной целью криминализации преступления как в Австрии, Германии, так и в мировой практике в целом является необходимость борьбы с организованной преступностью, терроризмом и преступлениями от торговли наркотиками29. С таких позиций нормы УК Австрии представляются крайне удачным вариантом акцентирования внимания и усиления мер по противодействию терроризму.

Учитывая особую актуальность данной проблемы для России, имеет смысл обратить внимание именно на п.

3 ст. 165 УК Австрии, закрепляющий такой состав преступления, как совершение действий с имуществом преступных или террористических организаций лицами, действующими в интересах или по заданию таких организаций. Данным положением устанавливается специальная ответственность за причастность к деятельности подобных организаций, что представляется безусловно необходимым по следующим причинам.

Сегодня по УК РФ отмывание денежных средств, совершенное одним лицом в размере до шести миллионов рублей, даже если оно действует в интересах террористической группы, будет наказываться штрафом в размере до ста двадцати тысяч рублей или иного дохода осужденного за период до одного года, т.е. самым легким наказанием из предусмотренных за отмывание.

Статья же 205.1 УК РФ не всегда охватывает действия по отмыванию преступных доходов в интересах террористиче- 28 Коростелев С.Ю. Уголовная ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем: Автореф.

дис. . канд. юрид. наук. Владивосток, 2006. С.8; Якимов О.Ю. Легализация доходов, приобретенных преступным путем. СПб., 2005. С. 125. 29 KirchbacherK.,Preussler W.

Wiener Kommentar zur Strafgesetzbuch.

Wien, 2009. Rz 2, 3. ских групп, поскольку лицо, осуществляющее отмывание, не является «собственником», «приобретателем» данного имущества, а значит, и не является с учетом примечания 2 к ст. 205. 1 УК РФ пособником в совершении преступления, предусмотренного ст. 205 УК РФ. Оно в некоторых случаях может лишь способствовать улучшению благосостояния или сокрытию доходов террористической группы и придания им вида правомерных путем, например хранения, инвестирования, управления доходами, приобретенными преступным путем.

Но это, повторим, само по себе нельзя расценить как виды описанного в названном примечании пособничества, в том числе в форме умышленного содействия совершению преступления путем обещания скрыть следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно обещание приобрести или сбыть такие предметы. Уже более десятилетия обсуждается вопрос о том, что одной из наиболее эффективных форм борьбы с организованной преступностью и, в частности, с террористическими группами является лишение их источников финансирования, создание мер, препятствующих получению ими дохода, в том числе дохода законного, т.е. такого, который, имея изначально преступное происхождение, впоследствии благодаря процессам отмывания приобрел видимость легального и используется преступными группами в сфере легального бизнеса30.

В настоящее время в России только начинает формироваться межотраслевая законодательная база по вопросу противодействия отмыванию преступных доходов, что возлагает на уголовное законодательство особую роль и свидетельствует о том, что нормы Уголовного кодекса об отмывании должны наиболее полным образом охватывать все возможные преступные деяния в данной сфере. Список литературы 1. Волженкин Б.В.

Преступления в сфере экономической деятельности по уголовному праву России.

СПб.,2007. 2. КернерХ.-Х., Дах Э. Отмывание денег. М., 1996. 3.

Якимов О.Ю. О недостатках законодательного регулирования противодействия легализации (отмыванию) преступных доходов // Уголовное право. 2003. № 1. iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис . 4. Kirchbacher K., Preussler W.

Wiener Kommentar zur Strafgesetzbuch.

Wien, 2009. 30 Kilchling M. Eine Zauberformei, die den Terrorismus bannt?

// Max Planck Forschung. 2001.

N 4 S. 17ff; Jacso-Potyka J. Bekämpfung der Geldwäscherei in Europa: unter besonderer Berücksichtigung des Geldwäschestrafrechts von Österreich, der Schweiz und Ungarn, Wien, 2007. S. 37.

Современное состояние легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем

В современном мире легализация преступных доходов представляет опасность для всего международного сообщества. По оценкам экспертов Международного валютного фонда, преступные организации ежегодно легализуют до полутора триллионов долларов, что составляет около 5 % валового мирового продукта.

Международным сообществом, противодействие легализации преступных доходов, рассматривается как одно из эффективных средств борьбы с транснациональной организованной преступностью, коррупцией и относит легализацию преступных доходов к международным преступлениям. Учёные в своих трудах, «отмывание» преступных доходов, определяют как взаимно связующее звено между теневой и открытой экономикой, путь, посредством которого криминальные доходы переводятся в легальную форму в экономической сфере отношений, тем самым помогая и легальному, и криминальному бизнесу.

Тем самым обнажается характер легализации преступных доходов как «фильтра», в результате которой «грязные» деньги, полученные преступными методами, проходя через банковскую систему, очищаются и превращаются в «чистые» деньги.

В итоге они принимают вид законных доходов, в связи с чем не представляется возможным установить лицо, являющееся инициатором сделки, или преступное происхождение этих средств. Описать этот процесс можно следующим образом.

Экономические преступления совершаются, как правило с целью получения личной выгоды и потребления. Получая крупные суммы криминальных доходов, свыше личных потребностей, у преступников возникает необходимость занижения экономических и юридических рисков владения подобными активами и сохранения их от инфляции, конфискации и т.

п. Так как преступные доходы не извлечены из оборота и обладают рыночной стоимостью, возможности для их преумножения и сохранения предоставляет законный экономический оборот. Вложение преступных доходов в легальный оборот связано с риском засветится перед правоохранительными органами и органами государственного контроля, а это потребует необходимость маскировки происхождения криминальных средств. В целях маскировки проводятся множество запутанных или фиктивных сделок, «грязные» доходы вкладываются в различную предпринимательскую деятельность, где они преобразовываются в результате естественных процессов, которые позволяют выдать криминальные деньги за вполне легальные доходы и получить возможность свободно их использовать.

Такие ходы не только скрывают преступное происхождение имущества и денежных средств, но и тем самым повышают социальный статус преступника, превращая его в законного бизнесмена. Таким образом, легализация доходов — это сложный процесс вторичного обращения с «грязными» доходами с целью их узаконения и обладания ими. Данный вид «отмывания» нужно отличать от прочих форм оборота преступных доходов (финансирование преступной деятельности, скупка и сбыт краденого и т.

п.). Легализация преступных доходов, как всякий социальный процесс, связана с существующими в обществе противоречиями между: общественными и индивидуальными экономическими интересами; гражданами, ориентированными на противоправный образ жизни, и правоохранительными органами; законным и криминальным бизнесом.

Главным противоречием, детерминирующим легализацию, является несоответствие экономической реальности, позволяющей получать внушительную прибыль от опасных деяний, и права как меры необходимого поведения.

Целью преступника в современной среде становится преобразование отрицательной социальной реальности в правовой идеал. В итоге преступление приносит выгоду, а право позволяет ее закрепить. Не секрет, что источником доходов для легализации является криминальный сектор теневой экономики.

В результате кризисных проявлений, по данным Росстата, доля теневой экономики стала расти и достигла 1/5 части ВВП. При этом Росстат не включает в свои оценки криминальную составляющую экономики.

По оценкам экспертов реальная доля «теневой» экономики составляет 40–50 % ВВП, а в некоторых отраслях и до70 %. 2. Для «отмывания» преступных доходов характерен высокий уровень латентности.

По оценкам Росфинмониторинга, в Российской Федерации ежегодно легализуется 250–300 миллиардов рублей, при этом выявляется правоохранительными органами порядка 30 миллиардов рублей «отмытых» преступных доходов. Легализация тесно связанна с деятельностью транснациональных преступных групп и является одним из видов противоправного бизнеса. Популярность легализации преступных доходов можно объяснить, в первую очередь, ростом доходов, получаемых в результате криминальной деятельности, профессионализацией преступности.

Наибольшими источниками преступных доходов являются коррупция, незаконная торговля наркотиками, оружием, порнографией, экономические и компьютерные преступления. Учитывая общественную опасность легализации криминальных доходов, приходится согласиться с её невидимостью для большинства населения, что в частности приводит к недооценке всей важности противодействия легализации, хотя вред, причиняемый «отмыванием» преступных доходов, высок. В результате «отмывания» криминальных доходов в социальной сфере преимущество получают лица, ведущие противоправный образ жизни.

Данные преступники живут в лучших условиях, они пользуются наиболее высоким уровнем образования, здравоохранения.

Но улучшение жизни производится за счет пострадавших от преступлений, что способствует обнищанию целых социальных слоев, распространению аморального образа жизни, воспроизводству преступности. Страдают законные интересы государства в финансовой сфере: криминальные доходы в большинстве случаев представляют собой денежные средства, выпущенные и обеспечиваемые государством. В результате государство, реализуя монетаристские функции, невольно оказывается пособником криминального бизнеса — своего социального противника, способствуя его размножению и развитию.

Бизнесмены в предпринимательской сфере вынуждены конкурировать с криминалом, который активно инвестирует в законную экономику, и мало зависят от ее конъюнктуры. В итоге данные финансового рынка искажаются в результате криминальных инвестиций, что влечет за собой крупные финансовые потери. Лица, владеющие значительными доходами, полученными в результате криминальной деятельности, стремятся проникнуть в политическую сферу и занять должности во все возможных органах власти, тем самым обеспечивая себе неприкосновенность от уголовного преследования.

Финансируя политические партии и движения, обеспечивают лоббирование своих интересов в принятии законов на всех уровнях власти. 3. В. М. Алиев, в качестве факторов, способствующих легализации преступных доходов, выделяет: политико-экономические — опосредованно воздействующие на легализацию преступных доходов; социально-правовые — влияющие на сферу, в которой непосредственно «отмываются» криминальные доходы; нравственно-психологические -определяющие соответствующее преступное поведение.

Исследуя способствующие «отмыванию» преступных доходов социальные факторы, необходимо отметить, что современное общество делится на группы, исповедующие различные виды идеологии. Низшие социальные слои негативно относятся к попыткам социального контроля со стороны высших социальных слоёв.

Преступность некоторыми из этих групп рассматривается, как социально допустимое и полезное для них поведение. В результате в среде легальных предпринимателей находятся лица содействующих «отмыванию» преступных доходов. Основным экономическим фактором, способствующим «отмыванию» криминальных доходов, является роль денежных масс как единого эталона стоимости.

Финансовые средства теряют свою ценность вне существования экономического оборота; поэтому, законно ли происхождение капитала или нет, оно в любом случае вводится в экономический оборот.

Кроме того, отсутствие ограничения экономического оборота, из-за не обеспечения современной валюты золотом, способствует росту спекулятивного капитала, что в своих целях использует криминал при легализации своих доходов в инвестиционной сфере. Однако это не означает, что современная рыночная экономика является причиной «отмывания». Анализ уголовных дел показывает, что «отмывание» криминальных доходов сопровождает не каждое преступление.

Следует учитывать искажение объективных социальных факторов в сознании преступника, наличие у него определённых возможностей. Данные социальные факторы активно влияют на выбор вид преступного поведения, оценку возможности разоблачения. Другим фактором, способствующим «отмыванию» криминальных доходов в России, являются сложные экономические условия, в которых при дефиците финансовых возможностей большая часть предпринимателей уходит в «тень», скрываясь от государственного контроля.

В кризисные периоды увеличивается потребность в «теневых» капиталах, чем пользуются преступники для «отмывания» своих доходов.

Во время последнего экономического кризиса, по оценкам Росфинмониторинга, резко вырос оборот наличных средств, активизировалась нелегальная деятельность организаций, осуществляющих операции с наличностью. Увеличился вывод финансовых средств из страны на счета оффшорных компаний, открытые в кредитных организациях третьих стран.

Операции с ценными бумагами и производными инструментами перемещаются с организованных торговых площадок на внебиржевые.

Современное общество основывается на институте собственности, что отражается в правовых актах, определяющих порядок отчуждения и присвоения, общественных благ.

Однако в некоторых случаях гарантии права собственности излишни, что не даёт возможности определения источника приобретённых доходов.

Важное влияние оказывает отсутствие этики бизнеса, деловое сообщество не только неспособно вытеснить криминалитет с рынка, но и начинает перенимать преимущества нечестной конкуренции.

Благодаря либерализму экономических реформ, в результате которых не были созданы государственные механизмы социального контроля: религиозный, корпоративный, общественный и т.

п. мы и имеем высокий уровень преступлений в сфере экономики.

В настоящее время ведется работа по созданию вневедомственной системы экономического контроля, вводится саморегулирование предпринимательской деятельности, повышаются требования к раскрытию информации о владельцах компаний.

Для верного понимания сущности «отмывания» необходимо учитывать, что «как социальный феномен легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем -это отрицательное социальное явление, в основе которого лежит процесс сокрытия преступного происхождения доходов, искажение информации о природе их происхождения».

Подобное искажение всегда сопутствовало человеку (ложь, обман, введение в заблуждение и т. п.), но современные информационные технологии позволяют создавать целые виртуальные миры.

Криминализация легализации преступных доходов в нашей стране началась в период перехода к свободной экономике. В связи с этим уголовно-правовые меры реализуются не столь успешно. Даже частные изменения, вносимые в уголовный закон, не способствовали стабильности правоприменительной практики, так как правовые и институциональные основы противодействия «отмывания» криминальных доходов были созданы уже после введения уголовной ответственности за совершение преступлений данной категории.

Хотя законодательство, регламентирующее деятельность организаций и органов государственного контроля в рассматриваемой сфере, тем не менее, имеет свои пробелы и противоречия.

На работу по выявлении легализации криминальных доходов отрицательно влияют недостатки внутреннего контроля организаций, при осуществлении операций с денежными средствами или иным имуществом. Они пренебрегают требованиям закона о противодействии легализации преступных доходов. В погоне за прибылью компании не разрабатывают правила внутреннего контроля, не изучают клиентов и выгодоприобретателей, не направляют или нарушают сроки предоставления сведения об операциях в Росфинмониторинг, подлежащих обязательному контролю, подозрительных сделках.

Государственные органы контроля в некоторых случаях, в ходе проверок деятельности финансовых организаций, не достаточно внимательны при установлении признаков легализации преступных доходов. В недостаточной мере проводится профилактика, органами государственного контроля, легализации преступных доходов, не осуществляются отзывы лицензии организаций, нарушения законодательства о противодействии легализации преступных доходов, которыми приобрело систематический вид.

При выявлении признаков «отмывания», для их рассмотрения в Росфинмониторинг материалы не передаются, не производится обмен информацией о выявленных правонарушениях, межведомственные соглашения в ряде случаев не выполняются. Недостаточно четко налажено взаимодействие правоохранительных и контролирующих органов по обмену информацией при выявлении легализации преступных доходов.

Органы правопорядка зачастую не обращаются в Росфинмониторинг с запросами о финансовых операциях и сделках. Направляемые материалы Росфинмониторингом в правоохранительные органы в редких случаях заканчиваются возбуждением уголовного дела.

В деятельность правоохранительных органов имеет существенные пробелы, при расследовании легализации преступных доходов. В большинстве случаев отсутствуют доказательства преступного происхождения имущества обвиняемого или предполагаемы доводы имеют предположительный характер, порой «отмывание» квалифицируется, как приобретение или сбыт имущества без цели придания правомерности обладания криминальными доходами. Меры к наложению ареста на имущество, добытое преступным путем, не применяются, не отслеживаются перемещения криминальных средств.

В результате судья выносит оправдательное решение в отношении подсудимых или прекращают уголовные дела и как следствие их преследование в части легализации преступных доходов. Коррупционность чиновничьего аппарата в полной мере превращает легализацию преступных доходов в способ экономического регулирования.

Зачастую родственные кланы, которыми пронизана вся государственная служба, оказывает большое влияние на российскую экономику.

Такие кланы, в результате своей деятельности, получают значительные противоправные доходы. Искажая положительные шаги государства в сфере экономики, они превращают их в очередные способы получения незаконной прибыли. Имея весомый политический вес этот экономико-бюрократический спрут, блокирует работу правоохранительных и контролирующих органов.

В результате ущерб несут законопослушные предприниматели, вынужденные на заведомо невыгодных для себя условиях конкурировать с криминальным бизнесом.

Щупальца коррупции проникли в контролирующие и правоохранительные органы, где оказывают негативное влияние на их работу. Личное обогащение зачастую стоит на первом плане перед сотрудником правоохранительных и контролирующих органов, вместо обеспечения законности они участвуют в преступной экономической деятельности. В органах государственной власти продажа должностей стала естественной практикой.

Таким образом легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, как явление в настоящее время проникло во все слои нашего общества. Литература: 1. Третьяков В. И. Организованная преступность и легализация криминальных доходов: автореферат.

Диссертация доктора юридических наук. Ростов на Дону. 2009. с.14–15. 2. Ларичев В. Д. Совершенствование законодательства о борьбе с отмыванием денег, полученных преступным путем // Государство и право.

1992. N11. С.100. 3. Лунеев В.

В. Преступность ХХ века (мировые, региональные и российские тенденции). М., 2005. С.499. 4. Алиев В. М.

Теоретические основы и прикладные проблемы борьбы с легализацией (отмыванием) доходов, полученных незаконным путем: диссертация доктора юридических наук. М., 2001. С.59. 5. Алиев В. М. Указ. соч.С.14. 6. Следователи собирались заработать миллионы на взятках // Московский комсомолец.

2009. 4 марта. 7. Жубрин Р. В.

Борьба с легализацией преступных доходов: теоретические и практические аспекты / -Научно -практическое издание -М.: Волтерс Клувер. 2011.

Отмывание денег через ИП

Самая простая схема, которой пользуются частные предприниматели – обналичка денежных средств через ИП. Как это работает? Некий бизнесмен открывает ИП, фирму-однодневку, регистрирует ее не на себя, а на кого-то.

Затем он проворачивает крупные сделки, после чего закрывает фирму, чтобы не вызывать подозрений у налоговиков.

Затем он снова открывает ИП, но уже оформляет его на другого человека и проводит те же самые операции.

Так будет длиться до тех пор, пока он не отмоет все незаконные деньги.

Основные способы отмывания

Пожалуй, самый распространенный способ отмывания денег в России сейчас осуществляется через банковские карты. В этой системе задействуют подставные фирмы – однодневки, а также отдельных граждан.

На карты кладут и снимают деньги под любым предлогом. В принципе, законодательство не ставит серьезных препон в этой сфере.

Чтобы как-то противостоять подобной легализации в 2016 г. было введено ограничение на снятие денежных средств с карты в течение суток. Теперь общая сумма не может превышать 600 тыс.

руб. Плюс банковские служащие имеют право запросить документы, подтверждающие правообладание крупными капиталами и при непредоставлении таковых просто отказать клиенту в обслуживании. Но это при условии, что отсутствует элемент сговора между банком и лицом, проворачивающим такую схему. Описанную систему в России очень удобно осуществлять через ИП, которым законодательно разрешено открывать неограниченное количество кредитных и дебетовых карт.

Примерно таким же способом проводится легализация средств через ООО. Например, определенной фирме (чаще всего однодневке) на банковский счет переводят сумму за поставку товаров или оказание услуги, которые никто не поставлял и не оказывал.

Практически сразу эти средства снимаются якобы для выплаты зарплат или на закупку оборудования. Обычно в таких махинациях замешаны и сами банки.

Особой популярностью пользуется процесс легализации средств с помощью оффшоров. Цепочек, связанных с такой схемой несколько. Самая популярная заключается в том, что на открытый за рубежом счет переводят средства из разных источников.

Причем, не обязательно счет этот должен находиться в оффшорной зоне.

И постепенно с помощью финансово-кредитных организаций все суммы таким способов выведутся на единый счет уже в оффшоре, где нет необходимости отчитываться об источнике доходов.